| Андрей Харазов ( @ 2007-07-05 12:04:00 |
Пушкин-блюз
Закачал на трубу "Пушкин-блюз" из "Бакенбардов". Текст см. ниже (в паре мест там неразборчиво). Да и сам клип под катом.
Он рос под сенью заботливых муз.
А мы …. (нрзб) ….
Его называли в лицее «француз».
А нам говорили «подонок» и «трус»,
«кабан» и «козел», «недоносок» и «гнус»,
ещё и не так называли.
Мы тоже балдели и пили вино,
но он стал Пушкин, а мы – никто.
А нас …. (нрзб) …. прозевали
Ах, Александр Сергеич, Александр Сергеевич,
ты русскую простую дал в уста нам речь.
Твоим глаголом станем сердце людям жечь,
и память о тебе заставим всех беречь.
А тех, кто не захочет, будем тростью сечь
и бакенбарды отрастим до самых плеч.
Ах Александр Сергеич, Александр Сергеевич.
Сегодня ты снова родился на свет
для новой, для истинной славы.
Ты должен во имя великих побед
Помочь нам, отечеству давшим обет
избавить Россию от внутренних бед,
спасти от заморской отравы.
И пусть нам твердят, как твердили давно:
вот, он стал Пушкин, а мы – никто.
Они, эти дяди, неправы.
Ах, Александр Сергеич, Александр Сергеевич,
ты русскую простую дал в уста нам речь.
Твоим глаголом станем сердце людям жечь,
и память о тебе заставим всех беречь.
А тех, кто не захочет, будем тростью сечь
и бакенбарды отрастим до самых плеч.
Ах Александр Сергеич, Александр Сергеевич.
Закачал на трубу "Пушкин-блюз" из "Бакенбардов". Текст см. ниже (в паре мест там неразборчиво). Да и сам клип под катом.
Он рос под сенью заботливых муз.
А мы …. (нрзб) ….
Его называли в лицее «француз».
А нам говорили «подонок» и «трус»,
«кабан» и «козел», «недоносок» и «гнус»,
ещё и не так называли.
Мы тоже балдели и пили вино,
но он стал Пушкин, а мы – никто.
А нас …. (нрзб) …. прозевали
Ах, Александр Сергеич, Александр Сергеевич,
ты русскую простую дал в уста нам речь.
Твоим глаголом станем сердце людям жечь,
и память о тебе заставим всех беречь.
А тех, кто не захочет, будем тростью сечь
и бакенбарды отрастим до самых плеч.
Ах Александр Сергеич, Александр Сергеевич.
Сегодня ты снова родился на свет
для новой, для истинной славы.
Ты должен во имя великих побед
Помочь нам, отечеству давшим обет
избавить Россию от внутренних бед,
спасти от заморской отравы.
И пусть нам твердят, как твердили давно:
вот, он стал Пушкин, а мы – никто.
Они, эти дяди, неправы.
Ах, Александр Сергеич, Александр Сергеевич,
ты русскую простую дал в уста нам речь.
Твоим глаголом станем сердце людям жечь,
и память о тебе заставим всех беречь.
А тех, кто не захочет, будем тростью сечь
и бакенбарды отрастим до самых плеч.
Ах Александр Сергеич, Александр Сергеевич.